Ошибка мозга: почему оптимисты знают про будущее меньше пессимистов

В 2012 году у оптимистов даже появился официальный штаб: Аризонский университет учредил Центр науки и воображения. Два десятка человек – от фантаста Нила Стивенсона до главного в мире эксперта по криптографии Брюса Шнейера – озаботились тем, чтобы фантастика снова вдохновляла строить будущее.

Осенью 2014 года вышла их книга-манифест «Иероглиф» с захватывающими сюжетами: технология 3D-печати из пыли, которая поможет обосноваться на Луне, строительство 20-километровой башни, чтобы выводить на орбиту особо тяжелые грузы, и еще несколько проектов сравнимого масштаба. Предполагается, что нельзя предсказывать будущее, если в него не верить. Однако у нейробиологов, которые изучают механику оптимизма в мозгу, есть на это масса возражений.

Ошибочный оптимизм

Два брака из пяти в западном мире заканчиваются разводом, но, если спросить новобрачных, каковы их шансы на неудачу, практически все скажут, что ничтожны. Эту ошибку совершают даже профессиональные юристы по бракоразводным процессам, когда говорят о своей семье. Нейробиолог Тали Шэрот из Лондонского университетского колледжа любит начинать с этой истории свои лекции про «оптимистическую предвзятость» – тему, которой она занимается больше 10 лет.

Все это время Шэрот доказывает: оптимизм – ошибка мозга, когнитивная иллюзия, по своей природе похожая на оптический обман (мы понимаем, что глаза нас обманывают, но не можем ничего поделать). То же самое и с нашими прогнозами на будущее, а особенно – с оценкой собственных способностей.

Практически все автомобилисты (93%) считают, что водят лучше среднего. На вопрос социологов «Сколько вы рассчитываете прожить?» шесть-семь человек из сотни отвечают: «100 и больше лет». Хотя, по данным даже американской переписи, на 100 тыс. населения приходится всего 14 столетних женщин и три мужчины. Ошибаются не только радикальные жизнелюбы; можно сравнить более приземленные варианты (75, 80 лет) с тем, что предсказывают каждому респонденту актуарные формулы. Страховщики учитывают вредные привычки, хронические болезни, цвет кожи – и выясняется, что средний опрошенный, делая прогноз, добавляет себе несколько лет жизни.

Склонность полагаться на будущее поднимает настроение, но мешает принимать решения. Оптимисты недооценивают свои шансы заболеть раком (и не показываются у врача, пока опухоль операбельна), потерять работу (и не делают сбережений), попасть в аварию (и не покупают страховку). Зато карьерные перспективы видятся им достаточно радужными, чтобы залезть в долги на годы, а в заведомо убыточный проект вкладывать силы и средства до самого конца. «Эффект «Конкорда» (когда безнадежное дело выгоднее бросить на полпути и признать ошибку, но его все равно доводят до конца) – еще один распространенный пример «оптимистической предвзятости».

Мало того что оптимизм искажает картину мира, он еще и мешает учиться на собственных ошибках. В 2011 году журнал Nature Neuroscience напечатал статью группы Шэрот под заголовком «Как удается поддерживать нереалистичный оптимизм перед лицом реальности». Сначала добровольцы заполняли анкету из 80 пунктов. Каждый испытуемый должен был оценить для себя риск стать жертвой той или иной неприятности: опоздания на рейс в аэропорту, мошенничества с кредитной картой, перелома костей, грабежа, развода, хронической бессонницы, алкоголизма, увольнения, смерти в возрасте до 70 лет, аппендицита. Потом человека укладывали в магнитно-резонансный томограф и сообщали ему, что же в действительности говорит про все эти риски статистика.

В мозгу есть области, ответственные за «работу над ошибками»: это передняя поясная кора и примыкающие к ней участки предлобной. Если вы, например, забыли, какой высоты Эверест, и решили заглянуть в «Википедию», они включатся в работу по переписыванию данных у вас в памяти. В случае с рисками оказалось, что эти зоны активируются в разной степени – в зависимости от того, хорошие или плохие новости сообщает статистика. Все, что подрывает оптимистическую установку, мозг предпочитает не запоминать.

Губительный реализм

Некоторые люди отличаются способностью давать на удивление трезвые прогнозы. Психологи обнаружили это в конце 1970-х годов, и новые эксперименты с применением МРТ лишний раз подтверждают их существование. Они особенно выделяются на фоне обычных людей, когда исследователи просят их оценить собственные успехи. Когда их спрашивают, хорошо ли они справились с экспериментальным заданием, они выставляют себе примерно тот же балл, что и проверяющие. Общий для этих людей симптом у медиков называется «депрессивный реализм». Это побочный эффект клинической депрессии, уже наступившей или подступающей.

Если оптимизм – вредная иллюзия, то его противоположность – разрушительная болезнь. Депрессию связывают со сбоями в работе амигдалы, эмоционального центра мозга, и ростральной части передней поясной коры – тех самых областей, которые особенно активны у оптимистов при размышлениях о будущем. А для жертв депрессии, по мнению некоторых психологов, будущего просто не существует. У них получается просчитать события наперед, но из отдельных деталей не складывается цель, они ни к чему не стремятся. Мозг оптимиста, напротив, любит свою цель, прихорашивает и раскрашивает ее яркими красками, как NASA расцвечивает снимки с космических телескопов. Шэрот убеждена, что эта дезориентирующая работа – результат долгого естественного отбора, который изо всех сил старался сделать нас более социальными существами.

Оптимизм может быть губителен для человека, но обществу в целом он выгоден. Оптимисты более общительны. Оптимисты в среднем проводят на работе больше времени и зарабатывают больше денег. Оптимисты легче рискуют – и потому становятся отличными руководителями в прорывных областях (хотя в стабильном бизнесе – от нефтедобычи до машиностроения – от них мало пользы, как доказали исследователи из Калифорнийского университета в Ирвине). Армия США в 2012 году начала проводить специальные тренинги по оптимизму для инструкторов, которые готовят новобранцев-морпехов к войне.

Знание о будущем – важный ресурс, и ценность любых гипотез (по крайней мере, в современной науке) определяется тем, насколько точно они предсказывают исход событий. Депрессивный реализм – лучшее доказательство того, что человеческий мозг легко может повысить точность своих прогнозов. И наглядное объяснение, почему он этого не делает

Источник

Добавлено: 2-06-2015, 02:26
0
96

0

Похожие публикации


Наверх Яндекс.Метрика